Сын ничего не ответил, зевнул.
— Одевайся! — командовала Лариса, натягивая на толстого, неповоротливого малыша распашонку. Вовка морщился, сучил ногами и с тоской смотрел на мамину грудь.
В трамвае они сели у окна. Вагон потряхивало, и Вовка сначала закрыл один глаз, потом — второй.
— Приветствую вас, — услышала Лариса знакомый голос и увидела полного мужчину в железнодорожной форме, с багровым лицом.
— Рогов?! — изумилась Лариса. — Как вы…
— Да, — обиженно и самодовольно протянул Николай. — Повзрослел?.. Вас можно поздравить? Сын или дочь?.. Между прочим, не к ночи будь сказано, в отца. Где он?
— С нами.
— Вот как!.. А я неплохо устроился. Заместителем редактора многотиражки. Работы уйма. Спать некогда. Оклад приличный, не то что в «Смене». Бесплатный проезд и прочее. Мне пора выходить. А вам?.. Ну, будьте здоровы. Привет супругу и прочее.
Трамвай рванулся с места, словно торопился куда-то. Лариса поцеловала сына и подумала: «Стать плохим человеком легче, чем хорошим».
Вагон качнуло на стыке, и Вовка, будто в знак согласия, кивнул головой.
1953–1956 гг.
